Library

518 >

   В сопровождении Олдена и должностных лиц Мейсон шел в свою  канцелярию,
спрашивая себя, чем могло быть вызвано это гнусное преступление. В  юности
ему  очень  не  хватало  женской  близости,  и  потому  у  него  развилась
склонность к такого рода  размышлениям.  Он  думал  о  красоте  и  обаянии
Роберты и, с другой стороны,  о  ее  бедности  и  строгом  нравственном  и
религиозном воспитании и пришел к убеждению,  что,  судя  по  всему,  этот
молодой человек или  мальчишка  соблазнил  ее,  а  потом,  когда  она  ему
надоела,  выбрал  такой  способ,  чтобы  отделаться  от  нее,  -   мнимую,
предательскую "свадебную поездку" на  озеро.  И  тут  Мейсон  почувствовал
безмерную личную ненависть  к  этому  человеку.  Подлые  богачи!  Праздные
богачи! Порочные и злые бездельники! И молодой Клайд Грифитс  -  достойный
представитель этой породы! Только бы его поймать!
   И  в  то  же  время  он  вдруг  подумал,   что,   судя   по   некоторым
обстоятельствам (девушка явно была в сожительстве с этим  человеком),  она
могла быть беременна. Этой догадки было достаточно, чтобы возбудить в  нем
не  только  специфическое  любопытство  ко   всем   подробностям   романа,
приведшего к такому концу, но и нетерпеливое желание проверить,  насколько
справедливы  его  подозрения.  И  Мейсон  стал  думать,  что  нужно  найти
подходящего врача для вскрытия - если не в Бриджбурге, то в  Утике  или  в
Олбани, - а также сообщить об этом подозрении Хейту и, наконец, определить
характер ударов, оставивших следы на лице Роберты.
   Но прежде всего надо было осмотреть чемодан и  его  содержимое,  и  тут
Мейсону посчастливилось найти  новую,  крайне  важную  улику.  Ибо,  кроме
платьев и шляп Роберты, белья, пары красных шелковых подвязок (они  так  и
лежали в коробочке, в которой были куплены у  Броунстайна  в  Ликурге),  в
чемодане оказался еще и туалетный прибор - рождественский подарок  Клайда.
И в уголке футляра, в  складку  серой  шелковой  подкладки  была  засунута
маленькая, простенькая  белая  карточка  с  надписью:  "Берте  от  Клайда.
Поздравляю с рождеством!" Но  фамилии  не  было.  А  почерк  -  торопливые
каракули, потому что, когда Клайд писал это,  он  стремился  отнюдь  не  к
Роберте.
   Это поразило Мейсона: как же  убийца  не  знал,  что  туалетный  прибор
вместе с карточкой лежит в чемодане? А если  знал  и  не  вынул  карточки,
тогда возможно ли, чтобы этот самый Клайд был  убийцей?  Мог  ли  человек,
задумавший убийство, упустить из  виду  такую  карточку,  надписанную  его

Следующая

518 >